January 25th, 2016

С Днём студента, друзья! С Днём Святой Татьяны!



Дорогие мои друзья, коллеги, читатели, уважаемые преподаватели, ну и, конечно, все девушки с прекрасным именем Татьяна (кстати, так звали мою прабабушку)! Поздравляю вас с замечательным праздником - с Днём студента. Пусть вам всегда сопутствует удача, пусть с вами всегда рядом будет любовь, пусть у вас всё-всё-всё будет хорошо. Спасибо вам всем, что вы есть, что вы помните обо мне и не обижаетесь на меня, когда я совершаю ошибки.

С праздником!

P.S. На фото мой свой собственный, домашний студенческий строительно-ремонтный отряд. )))

Виртуал (рассказ). Увязшим в сети посвящается.




Увязшим в сети посвящаю!





(рассказ)



Будучи не в состоянии бороться и противостоять
силе привычки, человек делается её рабом.

Сэмюэл Смайлс





Константин Кручинин внезапно расплакался. Завтра вставать в шесть утра, а он до сих пор так и не смог уснуть. Он включил ночник, нажал на кнопку телефона – 03:17. Какое завтра? Это уже сегодня, можно сказать, это почти сейчас. Костя швырнул на пол мобильник и, выключив свет, бухнулся на подушку.
- Одна, две, три, четыре, пять, - принялся он уже в который раз считать своих ненавистных овечек, - шесть, семь, восемь…
Вдруг он заметил, как в комнату кто-то вошёл.
«Грабитель? – первое, что пришло ему в голову. От страха он зажмурил глаза. – Но… но как он сюда попал. Дверь заперта на замок, на щеколду, даже цепочка имеется. Через окно, балкон? Седьмой этаж! Какое окно. Какое балкон? Может, показалось…»
Нет, не показалось, вошедший заговорил:
- Привет, Костя! – голос незнакомца был немного с хрипотцой и каким-то металлическим, правда, таким слабым-слабым оттенком.
Кручинин приоткрыл глаза и обомлел – во-первых, откуда-то у кровати взялся тёплый, слегка желтоватый свет, а во-вторых, незваный гость был словно полупрозрачным.
- Здрасьте! – еле выдавил Константин. – Извиняюсь, вы кто?
- Не пугайся, - улыбнулся незнакомец, - я не опасен. Будь спокоен!
- Но, н-но, - заикаясь Костя, - к-кто вы? Как вы сюда попали?
Мужчина протянул руку и представился:
- Я твой виртуальный куратор. Зовут меня Интерон. Не слышал?
- Не-а! – замотал головой Костя, пожимая руку. – А это… ну… как это понимать? Я… вроде…
- Да не волнуйся ты так! – незнакомец сел в компьютерное кресло и забросил ногу на ногу. – Ты чего так разнервничался? Спокойно, друг, спокойно! Сейчас всё объясню, покажу. Вставай, одевайся, прогуляемся.
«Нет, тут что-то не то – отчаянно подумал Константин, - что это за тип нарисовался? Сейчас выберет момент, тюкнет меня по темечку и прощай, Костик! Надо как-то в полицию позвонить…», - он потянулся за трубкой смартфона и спросил:
- А в туалет-то мне можно хоть сходить?
- Да иди куда хочешь, - рассмеялся Интерон. - Чего спрашиваешь? Я же не арестовывать тебя пришёл. Только эта затея с полицией – она вовсе не нужна. Звонить бесполезно. Мы с тобой сейчас находимся по другую сторону монитора. У нас здесь своя полиция, свои законы, порядки и прочее. Понимаешь?
Константин втянул ещё глубже в себя голову и ответил шёпотом:
- Нет. Я ничего не понимаю. Если вас не затруднит, объясните, пожалуйста.
- Ну, вот это уже другое дело, - ухмыльнулся Интерон. – Ты сейчас находишься в сети. То есть не в реальной жизни, а в виртуальной. Уловил?
- В какой сети? – удивился Костя. – Я два часа назад лёг спать, просто не могу уснуть, бессонница у меня. Мне, видимо, нужно идти к врачу. У меня это уже не в первый раз.
- Врач тебе не поможет, - сказал гость, - для этого есть мы, виртуальные кураторы. Я научу тебя, как правильно есть, пить, спать, ну в общем, как правильно жить в нашем мире.
- В каком это вашем мире? – Константин едва не заплакал. – А я тут при чём? Ну, это ваш мир, а я-то…
- Ну, как при чём? – рассмеялся Интерон. – Ты здесь уже около двадцати лет. А за последние пять лет превратился в настоящего виртуала.
- Это ещё кто такой? – испуганно спросил Кручинин.
- Тот, кто большую часть своей жизни проводит в виртуальном мире. Вот статистика за последние пять лет, взгляни, - Интерон протянул собеседнику несколько бумажных листов, - мы нарочно для тебя распечатали.
Костя пробежал глазами по непонятным строчкам и, оторвавшись от цифр, отчаянно спросил:
- Что это?
- Ну, вот же смотри, - Интерон ткнул пальцем в строчку. – Бери любой год, любой месяц, например, 2015 год, сентябрь, видишь? Из семисот двадцати часов ты провёл в виртуальном мире четыреста пятьдесят пять. То есть шестьдесят три процента сентября ты провёл в сети.
- Вы… имеете в виду интернет? – громко сглотнув слюну, спросил Костя.
- А что ещё? Мы разве сейчас о рыболовецкой сети говорим? Хотя, - оживился гость, - какая-то в этом аналогия есть. Только мы, в отличие от рыбаков, нарочно никого не ловим. Вы сами к нам идёте и ныряете в нашу сеть с головой. Ты чего сидишь в трусах, Константин Сергеевич? Одевайся…
- Вы и отчество моё знаете? – изумился Кручинин.
- Вот чудак-человек, - ухмыльнулся гость. – Да ты за двадцать лет в интернете о себе всё рассказал тысячу раз. И рассказал, и показал, сейчас точно скажу… Вот: три тысячи пятьсот две фотографии с твоим изображением, триста четырнадцать видеороликов, двести сорок три заполненных анкеты и так далее и тому подобное. Это кто всё загружал в интернет? И удивляешься, что я знаю твоё отчество. Отчество, друг, это такая мелочь. Я все твои переписки знаю… Напомнить?
- Нет-нет! – Костя густо покраснел, вскочил с кровати и замахал руками. – Только не это! Ничего не надо напоминать!
- Тогда поживее одевайся, и пойдём на приём к нашему руководству.
- Постойте, уважаемый, так вы это… вы что, шантажировать меня будете?
- Да бог с тобой, Костя, - удивлённо произнёс Интерон. - О каком шантаже ты говоришь? Ты что?
- Ну, вы только что пугали меня перепиской в интернете…
- Ну, во-первых, я тебя не пугал, а просто напомнил, поскольку ты удивился, что я назвал тебя по имени-отчеству, а во-вторых, мы светлая сторона интернета. Не путай нас с тривиалами.
- А это ещё кто такие? – раскрыл рот Кручинин. – Час от часу нелегче!
- Это наши, так сказать, оппоненты, - сказал Интерон. – Ну, если говорить прямо, враги. То есть, интернет разделён на два сектора – светлый и тёмный. Светлым руководит Вирт, а тёмным – Трив…
- Ты смотри, - Константин изумлённо покачал головой, - это же имена-зеркальные отражения.
- Да, так и есть, - подтвердил Интерон. - Только Тривиалы появились гораздо позже, чем Вирт. Когда создавалась всемирная сеть, мы и не предполагали, что разведётся столько нечисти.
- Кого вы называете нечистью? – спросил Кручинин.
- Хм! – ухмыльнулся Интерон. – Отгадай с трёх раз.
- Да-да, - закивал Константин, - кажется, я догадываюсь! Вирусы всякие, вредные программы, сайты и тому подобное. Верно?
- Верно! – кивнул гость. – А из вашего брата ещё хакеры. Только они присягают Триву. А вот такие, как ты, - Вирту. Улавливаешь?
- Так выходит, вы меня на какую-то присягу ведёте? – с волнением спросил Костя.
- Да, - подтвердил Интерон. – Мы давно за тобой наблюдаем, грешки у тебя, конечно, есть, но они незначительные.
- Что за грешки? – удивился Костя. – Не припомню ничего такого…
- Ага, расскажи мне, - усмехнулся Интерон, - а кто себя выдавал за девчонку в фейсбуке, за преподавателя МАИ?
- Да это же шутка была! – возразил Константин. – Так, поприкалывался…
- Вот я и говорю: грешки незначительные.
- А для чего присяга? – наконец-то опомнился Костя. – Без этого никак нельзя?
- Уже поздно! – ответил Интерон. – Ты сам-то не заметил, как ты с головой ушёл в сеть? Мы не можем рисковать…
- А чем вы рискуете?
- Всем! – твёрдо ответил Интерон. – Завтра тебя переманят на свою сторону тривиалы, и ты, как пользователь интернета, пополнишь тёмный сектор. На сегодняшний день тривиалов в сети около десяти процентов. Когда-то мы считали, что даже пять процентов – это много. Но времена меняются, и их уже в два раза больше. В конце концов, это наносит колоссальный ущерб и нашей репутации, и всему нашему делу. Наша задача – превратить интернет в квинтэссенцию знаний и информации. А тривиалы хотят превратить сеть в помойную яму с порнографией, с нелегальными интернет-магазинами, торгующими всякой ерундой, хотят вторгаться в частную жизнь честных людей. Понимаешь?
- Примерно, – уклончиво ответил Костя.
- И плюс ко всему, мы своим сторонникам помогаем избавиться от интернет-зависимости. Ну, куда это годится – из 720 часов месяца провести 455 в интернете. Ты спятил, Костя? А потом лежишь и возмущаешься, что твоим овечкам нет ни конца, ни края, что бессонницей страдаешь. Какой тут сон? Ты уже наполовину робот. Утром не усел глаза продрать, хватаешься за смартфон, что там в твиттере написали, не успел прочесть ленту, полез в ВКонтакте, затем в одноклассники, фейсбук, живой журнал. Пока всё прочёл, просмотрел, на работу опоздал. Сколько раз уже тебя предупреждали об опозданиях?
- В последнее время частенько, - вспомнил Костя. – Начальник пригрозил уволить.
- Вот видишь? – с укоризной покачал головой Интерон. – Потом куда пойдёшь работать? Системных администраторов уже как собак нерезаных. Кому ты будешь нужен? В общем, спасти я тебя пришёл. Идём.
Интерон поднялся из кресла - к тому времени Кручинин уже оделся - они вместе прошли через комнату и, отворив дверь, оказались не в прихожей. А в каком-то огромном ярко освещённом зале. Посреди зала на троне сидел старик во всём белом, с длинными белыми волосами на голове и белой бородой.
- Господин Вирт! – громко объявил Интерон. – Мы здесь!
- Подойдите ближе! – приказал Вирт и, не дожидаясь, когда они приблизятся, спросил: - Константин Кручинин?
- Так точно! – выпалил Костя, неожиданно вспомнив армейский порядок.
- Надеюсь, твой куратор понятно тебе объяснил, цель твоего визита к нам?
- Да-да, - закивал Костя. – Всё понятно.
- Тогда подойди ко мне вплотную, я возьму с тебя клятву.
Кручинин подошёл к трону и склонил голову.
- А что говорить? – тихо спросил он.
- Ничего, - ответил Вирт. - Стой молча. Я проверяю твоё внутреннее состояние.
Костя почувствовал, как у него внутри всё похолодело. «Чего он там проверяет…»
- Всё! – ответил старик, Костя вздрогнул.
- В смысле, все? – спросил он. – Можно уходить?
- В смысле, всё проверяю! – Косте показалось, что старик ответил с некоторой ехидцей.
Через минуту процедура проверки была закончена. Старик сказал:
- Поклянись мне, Константин Кручинин, что никогда не перейдёшь на службу в тёмный сектор интернета!
- Клянусь! – Костя почему-то возложил руку себе на грудь.
- Поклянись мне, Кручинин Константин, что будешь использовать интернет только во благо себя и людей тебя окружающих в реальном мире!
- Клянусь! – повторил Костя.
- И наконец, последнее, поклянись мне Кручинин Константин, что в твоей жизни не будет больше ни одного дня, в котором количество проведённых тобой часов в реальной жизни будет меньше, чем в виртуальном мире.
- Извините, тут что-то не понял, - растеряно произнёс Кручинин, - можно повторить?
- Интерон, объясни, - приказал старик.
Помощник Вирта взял за руку Костю и отвёл в сторону:
- Я же тебе объяснял, что ты большую часть своего времени проводишь в сети. Помнишь, шестьдесят три процента?
- А-а-а! – Костя хлопнул себя по лбу. – Теперь понял-понял!
- Так вот Вирт требует, чтобы ты в реальной жизни находился не менее пятидестяи процентов.
- Да-да-да, я понял…
- Ну, раз понял, отвечай! – сказал Интерон.
- Что отвечать?
- Ты что? – нахмурился помощник Вирта. – Что нужно ответить Вирту?
- Ой-ой! – Костя схватился за голову и заорал что есть мочи. – Клянусь! Клянусь. Конечно, клянусь!
- Так кричать необязательно, - тихо сказал старик. – Собеседование окончено. До свидания.
Через несколько минут Костя вернулся в свою спальню и прямо одетым завалился на кровать. Сигнал будильника, встроенного в смартфон, Костя услышал только на третий раз. Он с трудом поднялся и, обхватив голову руками, сел на кровати.
«Что это было? – думал он. – Приходил… как его… этот… Инт… Интерон. Меня приняли в какие-то виртуалы. Старик в белом, клятва. Светлый сектор, тёмный… что за... Может, сон?».
В этот момент он взглянул на монитор, там крупными буквами бежала строка «Приветствуем тебя, виртуал!».
«Или не сон? – вдруг усомнился он. – В любом случае, что-то произошло. Что-то нужно делать…».
Кручинин взглянул на часы и вскочил с кровати. Через несколько минут, пропустив завтрак и кофе, он бежал к троллейбусной остановке. Он вспомнил, что шеф вчера предупредил – ещё одно опоздание и прощай работа. К счастью, Костя успел вовремя, начальник отметил этот факт. Он подошёл к подчинённому и тихо сказал:
- Молодец, Кручинин. Но у меня есть ещё одна просьба.
- Слушаю вас внимательно, шеф! – улыбаясь, ответил Костя.
- С сегодняшнего дня, компьютер у нас в офисе можно использовать только по работе, замечу в социальной сети, немедленно на увольнение.
- Извините, - язвительно спросил Кручинин, - такие строгие правила действуют только в отношении меня?
- Никак нет, - по-армейски ответил начальник (он раньше служил в армии офицером), - это правило касается всех. Иди сюда, - он подозвал Константина к окну, - видишь вон ту девушку? Вон, в оранжевом платье. Видишь?
- Вижу, - закивал Кручинин, - это же наша бухгалтерша Оля.
- Нет, ты ошибся, Костя! – возразил начальник.
- Да я точно вам говорю: бухгалтерша Оля! Присмотритесь внимательно!
- А я и не возражаю! Это бухгалтерша Оля!
- И?
- А что «и»? Оля, точно, но уже не наша!
- Она уволилась? – удивлённо спросил Константин.
- Она ещё не знает, что уволена, - шеф кивнул на напольные часы, тикающие в углу офиса, - сейчас войдёт в офис и узнает!
- Теперь понял, - грустно ответил Костя. – Жалко девчонку.
- А мне не жалко, - отрезал бывший офицер. – Я тут подсчитал, сколько времени вы крадёте у моей фирмы, ужаснулся. И за что я плачу зарплату? За то, чтобы вы сидели в социальных сетях? Посмотрите на себя, вы же как наркоманы, за рулём и то не можете оторваться от смартфона, планшета. Вы что? Совсем с ума посходили? Нет, ребята, хватит, с сегодняшнего дня живём и трудимся по-новому.
«Видимо, не зря ко мне ночью Интерон приходил, - подумал Костя и улыбнулся. – Главное, вовремя. Вот только Ольгу жалко! Хорошая девчонка, но шефа уже не переубедить».
- Может, сегодня пощадите, - всё-таки Кручинин решил заступиться за Олю-бухгалтершу.
- При одном условии, - сказал начальник. – Берёшь над ней шефство? Но! Не на словах. Если она ещё хоть раз опоздает, уволю вас обоих. Идёт?
- Я вообще-то, привык за себя отвечать, - пожал плечами Костя.
- А тогда что в адвокаты лезешь? Сиди и сопи в две дырки. Вот так-то!
В этот момент в офис влетела, словно яркая птица, бухгалтер Оля. Начальник раскрыл рот, но Кручинин опередил его:
- Я согласен, - выкрикнул он, словно боясь не успеть произнести важные слова.
Начальник снисходительно посмотрел на Кручинина и, похлопав его по плечу, произнёс:
- Ну, что ж, друзья, желаю вам удачи.
- Извините, я… у меня… понимаете? – залепетала Оля.
- Вот ему теперь объясняй! – усмехнулся начальник и ушёл в свой кабинет. Прежде чем затворить за собой дверь, он обернулся, скорчил рожицу и весело пропел песенку с известным мотивом:
- «Мы завтра будем жить – по-новому!»

________________________________________________


Другие рассказы ЗДЕСЬ:


Министр бескультурья (антиутопия)






Глупость становится незаметной,
приобретая огромные масштабы.

Бертольт Брехт




Заседание началось ровно в десять часов утра. Опаздывать здесь никто не рисковал, потому что за опоздание можно было получить пожизненный срок. Государство, в котором произошли нижеописанные события, образовалось относительно недавно. Мировая общественность относилась к нему снисходительно и с сарказмом, по типу «чем бы дитя ни тешилось, лишь бы не плакало».
Первыми пришли в волнение ядерные державы, когда разведка донесла, что в крошечном вновь образовавшемся государстве имеются несметные запасы ядерного, химического, бактериологического и прочего всякого грязного оружия. Попытка надавить на государство закончилась неожиданно: президент нового государства заявил (цитирую дословно): «Нам терять нечего, рыпнитесь, уничтожим всю планету! Или не лезьте в наши дела, или полетели все вместе в тартарары!»
Посовещавшись, поразмыслив, подсчитав все «за» и «против», великие державы решили оставить младшего брата в покое и сделать вид, что такого государства вовсе нет на нашей и без того беспокойной планете. Молодое государство осталось довольным. Он не просило ни у кого ни кредитов, ни преференций, ни помощи – жило себе и жило, из года в год, совершенствуя свои законы.
В этот раз премьер, выполняя наказ уважаемого президента, предложил переименовать большинство министерств, поскольку они, как было написано в докладе, «не соответствовали своему назначению и не отражали их сущности». Спорить никто не стал, это тоже здесь не приветствовалось, впрочем, иногда были и случаи, когда наоборот, министров наказывали за то, что они молчали и не вступали в спор с премьером.
- Итак, - после непродолжительной паузы сказал премьер, - начнём с министерства здравоохранения. Президент тысячу раз прав, требуя переименовать его. Как мы раньше не догадались, что название глупое и совершенно несуразное. Все эти названия достались нам от прошлого, они заимствованные и мешают нам двигаться вперёд. Как вы считаете, господин министр?
Министр пока ещё здравоохранения вскочил и как гусак закивал головой:
- Полностью с вами согласен, господин премьер-министр! Названия давно устарели…
- Если давно устарели, - перебил его премьер, - чего ж вы ждали, пока президент вмешается в этот вопрос? Почему терпели это безобразие и, между прочим, меня подставили? Ась?
Главный доктор страны вздрогнул, расширил ноздри и глубоко задышал, словно ему не хватало воздуха.
- Виноват, господин премьер, - громко выдохнул он. – Сейчас всё исправим.
- Нет, вы посмотрите на него, - ухмыльнулся премьер, - десять лет руководит министерством, а только теперь опомнился. Исправит он. Хитёр бобёр! Когда петух жареный клюнул его в… в… так сказать, зад, он решил всё исправить. А всё-то, и не нужно! Исправить необходимо только название! Зачем всё? Дай вам волю, так вы так наисправляете, что от министерства останутся рожки да ножки.
Премьер громко рассмеялся собственной шутке, затем резко умолкнув и сдвинув брови, бросил:
- Ваши предложения, господин министр!
- Я предлагаю, - без всяких пауз и раздумий, - начал министр переименовать министерство здравоохранения в министерство больных.
- Так-так-так! – премьер забарабанил пальцами по столу и удивлённо спросил: - Почему «больных»-то?
- Потому что здоровых людей охранять не надо! Они же здоровы. Они сами со своими проблемами справятся. А вот больных нужно охранять, беречь их и лечить. Поэтому считаю, что название «здравоохранения» тут ни к месту.
- Ну, в общем-то, логично! – кивнул премьер. – Давайте голосовать. Кто «за»? – спросил он и первым поднял руку, тут же за овальным столом вырос лес рук, министр теперь уже обновлённого министерства со страху поднял сразу обе руки.
- Ага, - премьер почесал затылок, - с министерством здравоохр… то есть с министерством больных разобрались. Мда! А ведь это правильно, - начал он рассуждать, - какого хрена мы охраняли здоровых людей? Если министерство здравоохранения, тогда правильное название должно быть, к примеру, министерство культуроохранения. Верно?
- Так точно! – вскочил министр культуры, словно ему в «мягкое место» воткнули раскалённый гвоздь.
- Что так точно? – язвительно спросил премьер. – Вы придумали, как будет называться по-новому ваше министерство.
- Придумал, господин премьер, это будет министерство бескультурья.
В зале повисла могильная тишина. Все смотрели в середину стола, не решаясь поднять глаза.
- Это ещё почему? – надул щёки премьер. – В смысле, бескультурья? Поясни.
- Понимаете в чём дело, мы всё время говорим «культура», «культура», но там где есть культура, там всё и так хорошо. А вот с бескультурьем не боремся, вернее, бороться-то боремся, но маловато, слабо. И чтобы заострить на этой проблеме внимание, чтобы бороться с бескультурьем. Мы должны наше министерство переименовать в министерство бескультурья. Тем самым мы покажем, что это министерство не приемлет бескультурья, что оно готово и в дальнейшем выявлять очаги бескультурья и их исправлять. В общем, вот так!
Премьер долго молчал, рассматривал своих подчинённых, затем тихо сказал:
- По идее, всё верно. Если министерство больных, то и министерство бескультурья подходит. Кто как считает?
Все молчали.
- Ладно, я «за», - сказал премьер и поднял руку. И опять по периметру стола вырос лес рук.
- Неплохо-неплохо! – произнёс премьер. – Уже два министерства отработали. Что у нас там дальше?
- Дальше министерство иностранных дел, - доложил секретарь собрания.
- Это министерство упраздняем, - объявил премьер. – Зачем нам чьи-то дела? Мы сами с усами! Это же надо, - премьер простёр руки к потолку и ехидно произнёс: - «иностранных дел»! Что ещё за иностранные дела? Вот вы, господин министр, - он обратился к теперь уже бывшему министру иностранных дел, когда последний раз выезжали заграницу?
- Я ни разу там не был, - спокойно встав со своего кресла, ответил бывший министр.
- Вот видите? – премьер радостно всплеснул руками. – А зачем нам тогда такое министерство? Я перевожу вас в замы к министру бескультурья. Справитесь?
- Справлюсь! – кивнул мужчина.
- Вот и отлично! – улыбнулся во весь рот премьер. - А ежели какая собака из-за границы позвонит, так я и сам её пошлю подальше. Прям, велика задача. Переходим к следующему вопросу.
- Министерство внутренних дел, - объявил секретарь.
Министр не торопясь поднялся из кресла (все знали, что он дружил с президентом) и объявил:
- Господин премьер, я считаю, что моё министерство переименовывать нецелесообразно!
- Это ещё почему? - Нахмурился премьер. Со стороны это было похоже на «бунт на корабле».
«Ну, знаем мы, что ты дружишь с президентом, но и мы не лыком шиты, - мысленно произнёс премьер. – Посмотрите, какой важный гусь. Полминуты только пузо из своего кресла вытаскивал, вальяжный, рожа наглая, глаза как буравчики, да видели мы таких…»
- Потому что народ может перестать бояться! Понимаете? С первого дня образования нашего государства, люди знают, что с министерством внутренних дел шутки плохи. А переименуй его, начнутся разговоры, пойдут вопросы «что да сё?». Новое название – новое отношение. Ещё не известно, как всё это обернётся! Это ведь вам не министерство культуры или здравоохранения. Их хоть… кхм, - министр откашлялся в кулак.
- А позвольте с вами не согласиться, - возразил премьер и, заметив, что министр внутренних дел собирается усесться в кресло, добавил: - А я ещё разговор с вами не закончил.
- Извините, - буркнул министр и вытянулся по стойке смирно. Всё-таки, премьер, никуда не денешься, дисциплина есть дисциплина.
- Так вот, - продолжил премьер, - придумайте такое название, которое и отразит сущность министерства, и заставит обывателя бояться его ещё больше. Ясно?
- Так точно! – ответил министр.
- Мы пока рассмотрим другие вопросы. А вы подумайте и в конце совещания доложите!
- Есть! Разрешите сесть!
- Садитесь, - даже не посмотрев в сторону наглого министра, ответил премьер.
- Следующий вопрос «Министерство образования», - раздался голос секретаря.
- Это очень важный вопрос, - задумчиво произнёс премьер и повторил: - очень важный. Слушаю вас, господин министр.
Министр образования среди чиновников был самым маленьким, каким-то вертлявым, писклявым, даже не верится, что этот человек когда-то был назначен на должность министра образования.
- Я предлагаю, как и мои коллеги из министерств больных и бескультурья, назвать наше министерство министерством безграмотности. Объяснение такое же, как и у моих коллег.
- Ну, что ты заладил всё «как у коллег, как у коллег», - возмутился премьер. – У тебя своих мыслей, что ли нет?
- Просто я по аналогии…
- По какой аналогии? – повысил голос премьер. – Объяснить можете? Почему министерство безграмотности.
- Поскольку мы должны ликвидировать безграмотность, я считаю, что бравировать образованием неуместно, там, где уже работают образованные люди, как например, на нашем уважаемом собрании, там не надо никому объяснять, что они прошли разные ступени образования, а вот там, где снуют необразованные люди, им нужно напомнить о том, быть безграмотным – это плохо, а потому им должно заняться министерство безграмотности.
«Умён подлец! – мысленно сказал премьер. – Выкрутился! Но как красиво намолол! Негодяй!!
- Ну, вот теперь понятно, - похвалил премьер и поднял руку, – кто «за»?
Все «за».
- Отлично! Дальше?
- МЧС! – ответил секретарь.
- Ты мне тут прекращай аббревиатурами брызгать, - строго предупредил секретаря премьер. – Это что ещё за фамильярность?
- Прошу прощения, господин премьер, больше не повторится! Министерство по чрезвычайным ситуациям.
- МЧС упраздняем, - объявил председатель.
- А как же… как же, - министр МЧС развёл руками.
- А вот так же! – усмехнулся премьер. – Упраздняем и всё. В нашей стране не должно больше быть чрезвычайных ситуаций. Всё! Хватит, намучались. Нужно работать так, чтобы чрезвычайных ситуаций больше не случалось.
- Так ведь не всё от нас зависит! – возразил министр. – Я согласен, что многие катастрофы случаются из-за человеческого фактора…
- Ну, раз согласны, на том и порешили!
- Но ведь возникают иногда и стихийные бедствия! С ними-то как быть?
- Послушайте, господин бывший министр, ну, что вы нас тут запугиваете? Человечество всю жизнь как-то обходилось без МЧС-ов и вон семь миллиардов людей нарожало. Обойдёмся без МЧС. Всё, вопрос исчерпан. Вас назначаю замом к… к… министру безграмотности. Организуйте мощный «ликбез» и трудитесь на благо нашей Великой Родины. Всё. Идём дальше!
- Министерство обороны!
- Министерство обороны? Ага. Слушаем министерство обороны.
- Я предлагаю переименовать своё министерство в министерство возмездия!
- Ух ты! – воскликнул премьер. – Это красивое название. Тут и обсуждать нечего. Главное, точно-то как. Что это за сопли - «оборона»? Сунулся, на по морде получи! Возмездие! Только так, никаких оборон. Кто к нам с бомбой пришёл, тот от атомной бомбы и погибнет. Верно?
Все шумно согласились, кто-то даже захлопал в ладоши, но остальные его не поддержали, вероятно, посчитав это излишним.
- Вот как нужно работать! – премьер поднял указательный палец вверх. – Поняли? Вот это названьице, любо-дорого послушать. Это ж надо – Министерство возмездия. Президент будет доволен. Не зря мы сегодня поработали. Кто у нас там ещё остался?
- Министерство связи! – объявил секретарь.
- Я предлагаю, - выпалил министр, - назвать наше министерство коммуникаций.
В зале повисла тишина. Премьер помолчал с минуту. Потом сказал:
- Примитивно как-то. Что это ещё за коммуникации? Вы слышали предыдущее название? «Возмездие»! А тут какое-то «коммуникация». Нет, не пойдёт, - возразил премьер, - мне это слово напоминает «канализация». Давайте, придумывайте другое название. Красивое, звучное и… главное, чтобы отражало суть. Понимаете? Суть где? Нет-нет-нет, никаких коммуникаций. Слушаю другие варианты.
- Ну, тогда, - быстро сообразил связист, - министерство новейших технологий.
- О! Умеешь, когда захочешь, прекрасно! Вот это великолепно! Министерство новейших (не новых, а именно новейших) технологий. Вот это правильно. – премьер поднял руку и спросил: - Кто «за».
«Ба! Какая неожиданность! – мысленно усмехнулся премьер. – Снова все «за». Подхалимы чёртовы. Хоть бы кто несогласие выразил. Господи, какая скукотища. Все «за», всю жизнь все «за». Завтра президент спросит, кто за то, чтобы расстрелять прямо немедленно, здесь, в этом кабинете премьер-министра, и первым поднимет руку. И всё! Ведь застрелят, и ни у кого рука не дрогнет! «За» они. Вечно «за»!»
- Итак, на сегодня достаточно, - объявил премьер. – Остальные вопросы рассмотрим завтра. Товарищ министр внутренних дел завтра мы ждём от вас конкретных предложений.

На следующий день заседание началось с объявления того, что с минуты на минуту прибудет сам президент.
- Президент решил принять участие в нашем совещании, - сказал премьер, и в этот момент в помещение вошёл президент Державы.
Все встали со своих кресел, включая премьер-министра, вытянулись по струнке. Президент внимательно поочерёдно всех осмотрел и спросил:
- Кто вчера переименовал свои министерства выйти на середину, он указал пальцем на пол в центре зала.
Все вышли, президент, вынул из внутреннего кармана пиджака сложенный лист бумаги и начал читать:
- Министр обороны, награждаю вас «Орденом уважения». Министр связи, вас – Почётной грамотой.
- Служим Отечеству! – хором ответили оба министра.
- А где министр здравоохранения? – спросил президент.
- Я теперь министр больных, господин президент, - улыбнулся министр.
- А министр образования? – нахмурился президент.
- Министр безграмотности, - поправил чиновник.
- Ясно, - сказал президент, - и кто там у нас ещё? Министр…
- …бескультурья! – гордо произнёс последний министр.
Президент обошёл вокруг переименованных министров, пристально посмотрел на всех ещё раз и, обращаясь к премьеру, сказал:
- Слушать мою команду! Вот этого министра больных отправить на лечение в психбольницу на десять лет. Министра безграмотности посадить в тюрьму на пятнадцать лет. Ясно?
- А с этим что делать? – премьер кивнул в сторону бывшего министра культуры.
Президент подошёл вплотную к министру и заглянув ему в глаза, спросил:
- Министр бескультурья, говоришь?
- Так точно, господин президент! – выпалил министр.
Президент развернулся и, направившись к дверям, бросил на ходу:
- А этого расстрелять, чтобы другим неповадно было!